Rose debug info
---------------

Подписка на блог

Customize in /user/extras/subscribe-sheet.tmpl.php.

Sample text.

Twitter, Facebook, VK, Telegram, LinkedIn, Odnoklassniki, Pinterest, YouTube, TikTok, RSS JSON Feed

Sample text.

Всемогущая демократия

Развивая аналогию между политикой и теологией (уже не на основе идей Шмитта, а самостоятельно), задумался о том, можно ли современное понимание противоречий между либерализмом и демократией сравнить со средневековым противопоставлением всемогущества и всеблагости Бога. Ведь если Бог всемогущ, он может творить зло. Если же всеблаг, то не всемогущ.

Исламская традиция из этих двух атрибутов Всевышнего выбрала всемогущество: Аллах никак не ограничен ни собственными законами, ни нашими представлениями о добре и зле. Только от Аллаха исходит все в этой жизни, а религиозный долг человека заключается в послушании.

Подобным образом из неограниченного суверенитета народа и примата демократии следует, что нужно принимать любую волю народа. В том числе и такую, которая ведет к ограничению свободы. «Бог дал, Бог взял», говорят верующие люди. Продолжить можно так: народ добивается свободы, оплачивая ее своей кровью во время революций, и он же ее отнимает, если того захочет.

О заочном споре Пьера Дамиани и Фомы Аквинского по вопросу всемогущества Бога и его последствиях для цивилизации Запада я писал несколько лет назад. Католическое решение дилеммы состоит в примате всеблагости и рациональности Бога. Он не желает зла и не творит его не потому, что не всемогущ, а потому, что не противоречит своей собственной природе. Бог тождественен сам себе, а противоречие, которое мы находим между его атрибутами, — это только видимость. Тогда религиозный долг состоит в познании замысла Бога, осуществленного в тварном мире, и в направлении своей воли к абсолютному благу.

Либерализм вполне может быть логически отделен от идеи о Творце. Однако свобода не возникает по произволу, в чем бы ни черпала свой источник и опору, в разуме ли, в природе ли. Свобода скрыта в естественном порядке вещей, ее нужно только найти. Этот рациональный оптимизм в отношении человека и общества помещает волю суверена (монарха или народа) в природные границы, выход за которые означает попрание сущности права и цели существования (оправдания) власти как таковой.

Оригинальная заметка в Facebook была удалена, комментарии архивированы. Если вы были участником дискуссии, с удовольствием предоставлю вам копию архива.

Дальше